меня мурашки начинают бегать по коже.
     --  Смотри  на  него  как  на  лучшего  изо  всех капитанов, когда-либо
ходивших  под парусами.  Будь  терпелив с  ним.  Он  может оказаться  ценным
союзником.
     -- Он говорит, что умеет провидеть будущее.
     -- Это  правда. Иногда его  предсказания действительно сбываются. И  он
далеко не  один  такой. "Кровь на твоих руках" может означать что угодно или
вообще ничего. Не тревожься, сынок.
     -- Хорошо, не буду, отец. Могу я теперь отбыть на флагман?
     -- Да. Сразу, как только уедет Брок.
     -- Ты считаешь, что я не умею держать язык за зубами?
     --  Некоторые люди  обладают даром получать  нужные им сведения  просто
заглянув  человеку в лицо.  Орлов,  например. Или Брок.  Ты изменился с того
момента, как увидел серебро.
     -- Ничуть я не изменился. Струан взял кисточку для бритья.
     -- Завтрак подадут минут через двадцать.
     -- Как я изменился? -- настаивал Кулум.
     -- Есть огромная разница между молодым человеком, который знает, что он
разорен, и молодым человеком, который уверен в обратном. У тебя хвост торчит
трубой, парень, и его видно за полмили. -- Струан начал намыливать лицо.  --
У тебя когда-нибудь была любовница, Кулум?
     -- Нет,  -- ответил Кулум, смутившись. -- В борделе  я был, если ты это
имеешь в виду. Почему ты спрашиваешь?
     -- Большинство людей в этой части света имеет любовниц.
     -- Китаезских?
     -- Китайских. Или евразийских.
     -- А ты?
     --  И  я, конечно. --  Струан взял  бритву.  --  В  Макао есть бордели.
Восточные  и  европейские.  Но  без  опаски можно посещать  лишь  некоторые,
большинство из  них  заразны.  Отсюда  этот обычай... ты  слышал о  "женской
болезни", французской хвори или испанской хвори, называй ее, как хочешь?
     -- Да. Конечно. Слышал.
     Струан начал бриться.
     -- Говорят, первыми эту болезнь привезли в Европу Колумб и его матросы,
подхватившие ее  от американских  индейцев.  Есть своя ирония в том, что  мы
зовем ее французской или испанской, французы -- испанской или  английской, а
испанцы  -- французской.  Когда виноваты все мы. Я  слышал, что  она испокон
века существует в Индии и Азии. Ты знаешь, что от нее нельзя излечиться?
     -- Да.
     -- Тогда ты должен знать, что заразиться ею можно только от женщины?
     -- Да.
     -- Тебе известно, что мужчина может предохраняться?
     -- Да... да, конечно.
     -- Стыдиться тут нечего. Я жалею, что за последние годы у меня не  было
возможности  поговорить с тобой. Мне бы хотелось самому рассказать тебе о...
о  жизни.  Может  быть, ты  и  так  уже  все  знаешь,  а может быть,  просто
стесняешься.  Так  что  я  расскажу  тебе в  любом  случае.  Поверь,  крайне
необходимо надевать чехольчик. Самые лучшие делают из шелка -- их выписывают
из Франции. Существует и новый тип, который изготовляют из рыбьего пузыря. Я
прослежу, чтобы ты получил достаточное их количество.
     -- Не думаю, что мне понадобятся...
     -- Согласен, -- прервал его Струан. -- Но никакого вреда не будет, если
ты запасешься ими. На  всякий случай. Я не пытаюсь вмешиваться в твою личную
жизнь и не предлагаю тебе стать повесой. Я просто хочу быть уверен, что тебе
известны  некоторые элементарные вещи и что  ты сумеешь  избежать опасности.
Чехольчик предотвратит  заражение.  И не даст девушке  забеременеть, избавив
ее, таким образом,  от больших неприятностей, а тебя  от  чувства неловкости
перед всем светом.
     --  Но  это  против  законов  божеских, не  гак  ли?  Я  имею  в  виду,
пользоваться... ну, это ведь грех, разве нет? Разве это не  разрушает самого
смысла любви. Ведь главное -- это иметь детей.
     -- Так считают католики, да. И наиболее религиозные из протестантов.
     -- Ты  ставишь под  сомнение Священное  Писание?  -- искренне ужаснулся
Кулум.
     --  Нет,  парень. Лишь некоторые из  его  -- как  бы  это  сказать?  --
толкований.
     --  Я всегда  считал  себя приверженцем  передовых  взглядов,  но ты...
знаешь, то, что ты говоришь, это самая настоящая ересь.
     -- Для  некоторых, пожалуй.  Но Дом Господа нашего очень важен для меня
--   он   стоит  на  первом  месте,  выше  меня,  гебя,  кого  угодно,  даже
"Благородного  Дома".  --  Струан продолжал  бриться. -- Здесь,  на Востоке,
существует   обычай:   каждый  имеет   свою  собственную  девушку.   Которая
принадлежит ему одному. Ты содержишь ее, оплачиваешь ее  счета, прислужницу,
кормишь  ее,  одеваешь  и так далее.  Когда она  тебе надоедает, ты даешь ей
денег и отпускаешь.
     -- Тебе не кажется, что все это довольно жестоко?
     --  Да  --  если делать это  без лица.  Обычно  та  небольшая,  в нашем
представлении, сумма, которую ты оставляешь ей, более  чем достаточна, чтобы
у  девушки  появилось  приданое и она  нашла себе  хорошего мужа. Сам  выбор
девушки  проводится  с  большой церемонией. Делается  это через "маклера" --
поверь, это не  просто  сводник,  --  и  в  строгом  соответствии с  древним
китайским обычаем.
     -- Но разве это не то же рабство? Причем самое гнусное из всех?
     -- Если ты намерен купить  себе рабыню  -- да. И если ты обращаешься  с
ней, как с рабыней.  Вспомни, как это бывает, когда ты  нанимаешь слугу?  Ты
платишь деньги и покупаешь  его на  несколько лет.  То же самое и  здесь. --
Струан провел рукой по подбородку и начал снова намыливать те места, которые
показались  ему  выбритыми недостаточно  чисто.  --  Мы  поедем в  Макао.  Я
договорюсь обо всем, если ты желаешь.
     -- Спасибо, отец,  но... --Кулум хотел  склать, что покупать женщину --
шлюху,  рабыню,  наложницу  --  отвратительно  и  грешно,  -- ...  я... э...
благодарю тебя, но в этом нет необходимости.
     --  Если передумаешь, скажи мне, парень. Только не стесняйся. Я считаю,
чго "иметь аппетиты" вполне нормально, и греха в этом нет Но ради Бога, будь
осторожен,  когда идешь в бордель. Никогда не ходи  туда пьяным.  Никогда не
ложись с девушкой, не приняв мер предосторожности. Пока ты здесь, никогда не
позволяй  себе  вольностей  с  женой   или  дочерью  европейца  --  особенно
португальца -- иначе дело  кончится твоей смертью, и очень быстро, что будет
только справедливо.  Никогда не называй человека сукиным  сыном, если  ты не
готов подкрепить свои  слова стальным клинком  или пулей. И никогда, никогда
не   посещай  борделей,  которые   не  были  рекомендованы  тебе  человеком,